Rambler's Top100
ДАЙДЖЕСТ

Новый Апокалипсис. Кому выгодна паника вокруг австралийских пожаров

[12:56 08 января 2020 года ] [ Деловая столица, 8 января 2019 ]

Пожары, что и говорить, действительно большие — гораздо больше среднестатистических, происходящих ежегодно. Но новости в стиле “Конец света пришел” очень далеки от истины.

Мир накрыла очередная волна климатической истерии. На сей раз в центре внимания оказалась Австралия, в которой бушуют лесные пожары. 

Пожары, что и говорить, действительно большие — гораздо больше среднестатистических, происходящих ежегодно. В качестве одной из причин этого называют необычно теплое и засушливое лето. Это правда, но остальные новости в стиле “Апокалипсис пришел” — полная чушь. Впрочем, это не мешает ее тиражировать, усиливая апокалиптичность от пересказа к пересказу.

Важнейших искажений три. Первое: пожары парализовали жизнь во всей  Австралии.  Второе: число погибших животных превысило полмиллиарда. Третье: это непосредственно связано с глобальным потеплением.  Последнее, правда, пока не особо выпячивают, поскольку, для пущей убедительности надо сначала нагнать кошмару.

То, что пишут из самой Австралии, рисует более спокойную картину.  Повседневная жизнь по всей стране не нарушена, хотя пожары есть, они причиняют неудобства и наносят ущерб.  Их тушат, пытаясь ограничить площадь горящего леса, но это не всегда удается. Жителей юго-восточного побережья даже прижало огнем к берегу океана, отрезав пути отхода по суше, и их пришлось эвакуировать. К счастью, людей, блокированных в зонах пожаров, оказалось немного, так что все обошлось тремя военными кораблями.

Еще почти вся Австралия ощущает некоторую задымленность, иногда настолько сильную, что на день-два приходится закрывать все учреждения, рекомендуя гражданам сидеть дома, и не высовываться лишний раз на улицу. Но, тем не менее, в основном, все живут и работают как обычно, а о пожарах и их тушении узнают из новостей. На Новый год, как всегда, в Австралию приехало множество туристов и никто из них не сгорел, хотя некоторые и испытали сильные ощущения, попав в число эвакуируемых.

В цифрах потери выглядят так: более 200 крупных очагов возгорания еще не потушены, а более 60 даже не локализованы. Более 1300 домов и несколько миллионов гектаров леса сгорело.

Много это или мало? Это больше, чем обычно сгорает каждый год, но в масштабах материка — а Австралия, как мы помним, именно материк, — не так уж и много. При этом, города и поселки не горят — горят именно леса, и еще —  расположенные в лесистой местности строения, которые проще бросить, чем отстаивать от огня. Погибло около трех десятков человек — в основном, пожарных и волонтеров, реже — фермеров, промедливших с эвакуацией или пытавшихся отстоять свою собственность, которую им было жаль бросить, и не сумевших это сделать. Словом, погибли те, кто сам, по своей воле, оказался на передке, пытаясь тушить пожар.  Еще около 30 человек считаются пропавшими без вести.

Число погибших животных в полмиллиарда вообще взято из ниоткуда. Во-первых, неясно о каких животных идет речь — подпадают ли, к примеру, под этот подсчет насекомые?  Во-вторых, как оказалось, авторы цифры взяли среднее число более или менее крупных животных на квадратный километр леса, перемножили его на выгоревшую площадь, а затем объявили полученный результат числом животных, погибших от огня.  Между тем, хорошо известно, что большинство животных при лесном пожаре успешно спасаются бегством.

Ключевые слова, объясняющие ситуацию, здесь “обычно” и “каждый год”.  Климат в Австралии всегда сухой и теплый. Леса в таком климате всегда горят — это естественный процесс их самоочистки. Тот, кто представляет себе, что такое высохший эвкалипт, поймет, что в сухом и горячем климате леса в Австралии не могут не гореть. Хуже высохшего эвкалипта бывает только высохший кипарис. К тому же каждый невысохший кипарис сбрасывает в год по 3 кг коры, горящей как порох.Более того, австралийские леса и должны гореть, поскольку это необходимо для очистки площади под новое поколение деревьев.Это особенности местной экосистемы: лес должен сгорать раз в несколько лет, иначе в песчаную почву не вернутся питательные вещества и на ней больше ничего не вырастет. Для того, чтобы не было катастрофических пожаров, надо планово выжигать в год по 8-10% буша, чем, в основном, и занимаются австралийские лесные пожарные. Это их штатная работа, а вот тушение пожаров — это уже форсмажор.

Но, начиная с 2000-х, финансирования хватало только на выжигание 4-5%, так что некоторые территории не выжигались по 15-20 лет. 

То есть, цикл: “горелая пустошь — молодой лес — густой лес с сухостоем — пожар — горелая пустошь” — нормальный цикл воспроизведения леса. Он всегда происходит без участия человека. А человек, эксплуатируя лес в своих интересах, может заменить пожар очисткой от сухостоя и плановой вырубкой. Это называется хозяйственное использование лесных ресурсов — вполне самоокупаемое и даже доходное дело. Пожары при этом все равно случаются, но уже реже. Кроме того, их можно вызывать планово — в удобный момент, озаботившись заранее локализацией очага возгорания и проведя при необходимости эвакуацию людей.

Теперь разберемся, почему именно в этом году пожаров в Австралии больше, чем обычно — при том, что никакой глобальной, в масштабе материка, катастрофы там все-таки нет. Во-первых, погода подчинена множеству циклов, разной природы и продолжительности, зависящих от множества факторов и не обязательно глобальных. Год на год не приходится, и в разных точках Земли  одно лето бывает дождливым и холодным, другое сухим и жарким. Но по соседству при этом все может быть наоборот, а следом за сухим и жарким летом не обязательно последует еще более сухое и жаркое.

Ни одна из теорий, объясняющих причины глобального потепления, объективно не подтверждается фактами. Их пытаются подтверждать искусственно, подбирая удобные факты, и исключая из рассмотрения неудобные. К примеру, никак не объясняя того, что лет сто двадцать назад Новую Землю можно было обогнуть на паруснике, а сейчас это сложно сделать даже на мощном ледоколе.

Климатические циклы — фактор жизни планеты, который существовал до появления человека, и который продолжит существовать в случае его вымирания. И даже если нынешнее потепление глобально, а цикл длинный, в чем пока нет уверенности, то  никто еще не показал с достаточной убедительностью связь между потеплением и человеческой деятельностью вообще, и с выбросом парниковых газов в частности. К примеру, таяние вечной мерзлоты, наблюдаемое в высоких широтах России, может быть связано с разрушением мохового покрова тундры тяжелой техникой — но не факт, что оно бы не происходило само по себе ввиду изменения наклона земной оси.

Во-вторых, как уже сказано, единственная защита от лесных пожаров — разумная эксплуатация лесных ресурсов. Сухостой должен быть убран, лес — выборочно вырублен, либо планово выжжен. Тушить уже возникший в лесу пожар почти невозможно, поскольку просто нечем. Масштабы лесных пожаров таковы, что сколько ни привези воды или порошка для тушения, его все равно будет мало. Кстати, возить его тоже нечем: у федеральной службы авианаблюдения и авиатушения Австралии нет своих самолетов. Да, ни одного нет. Предполагается, что их при необходимости можно арендовать. Но самолет для тушения лесных пожаров — довольно специфическая техника. И не совсем понятно, кому, кроме пожарных, она может понадобиться. Так что арендовать на месте мало у кого можно — а пока техника прибудет из-за рубежа, будет потеряно драгоценное время.

Максимум, что возможно сделать, когда буш уже загорелся, — это замедлить продвижение пламени и успеть пробить на его пути просеку. Еще лучше, если пал плановый, и просеки пробиты заранее. А то, что уже всерьез загорелось — то неизбежно выгорит.

Так вот, благодаря усилиям экологов и прочих экоактивистов, заметную часть австралийских лесов отвели под заповедные зоны, запретив вести в них хозяйственную деятельность, а финансирование пожарных служб урезали вдвое. И там, в этих заповедниках, стал копиться горючий материал, а сухой эвкалипт или кипарис можно поджечь, даже сильно потерев одну ветку о другую. И вот, в особенно жаркий и сухой год, леса вернулись к своему естественному циклу воспроизводства, обязательной частью которого являются пожары.

Итак, масштабы катастрофы в Австралии сильно преувеличены, хотя число пожаров превысило обычный для нее ежегодный уровень. Это превышение — следствие неразумного отказа от человеческой деятельности, которая и мешала возникновению пожаров, замещая их в естественном цикле воспроизводства леса. Или — если говорить конкретнее, — следствие административного паралича, вызванного экологической истерией. Правительство Австралии уже 15 лет не может перевести службу наблюдения и тушения лесных пожаров на профессиональную основу, затыкая дыры добровольцами, но легко тратит сумму, равную пятилетнему бюджету всей спасательной службы на разработку “технической документации экологического энергоконнектора между Австралией и Тасманией”. А на “разработку стратегии электромобилизации Австралии” — ее годовой бюджет.

Но такая подача событий абсолютно непопулярна. По сети разгоняются панические репортажи с мистическим оттенком -  мол, где-то, на каком-то фото, какие-то “пользователи” разглядели в огне “лицо дьявола”.

Когда же психоз достигнет пика, на горизонте в очередной раз появится Грета Тунберг, уже внесенная в список “главных ученых уходящего 2019 года” журналом Nature, считавшегося самым престижным рецензируемым журналом в научном мира. Она раскроет тайну австралийской катастрофы, рассказав о рукотворном глобальном потеплении — и приведя “небывалые” пожары как аргумент в пользу борьбы с парниковыми газами. Но только есть одна деталь: никакого собственного мнения о глобальном потеплении, ни верного, ни ошибочного, у Греты быть не может.

Грета — 16-летняя шведская девочка, не посещавшая школу в течение последнего года в знак протеста против выброса этих парниковых газов, и имеющая роскошный набор психиатрических диагнозов: синдром Аспергера, обсессивно-компульсивное расстройство (ОКР, невроз навязчивых состояний) и селективный мутизм (СМ, неспособность нормально общаться в приемлемых социальных рамках).

То есть, называя вещи своими именами, Грета — малообразованный подросток, чьи трудности медицинского характера требуют помощи, а не поощрения. Ею, как своей собственностью, манипулируют родители-актеры, сдавая ее в аренду компрачикосам из “экологического лобби”, продвигающего “зеленую” энергетику в противовес нефтяной, угольной, или, не дай бог, атомной. Такая энергетика без “экологического” лоббирования сегодня неконкурентоспособна, поскольку стоимость “чистой” энергии значительно выше.

К тому же нет и убедительных данных, подтверждающих меньший вред, наносимый такой энергетикой природе — с учетом вреда от изготовления и монтажа оборудования для этой цели, — по сравнению с сжиганием угля и нефти, либо атомной реакцией. Сравнительные исследования на этот счет зачастую заказываются тем же экологическим лобби, и их результат подгоняется под требования заказчика. 

Впрочем, сама постановка вопроса о вреде, наносимом природе каким-либо конкретным видом человеческой деятельности, заведомо неверна, поскольку при нынешней численности человечества глубокие изменения в земной экосистеме неизбежны. Их нужно либо принять, как данность, и думать о том, как выжить в новых условиях, либо немедленно начать работу над уменьшением популяции людей, раз эдак в 20.   

Если бы не демарш Nature, то история с австралийскими пожарами и неизбежно возникающей следом за ними пассионарной Гретой была бы понятна, и даже простительна. Да, СМИ гонятся за хайпом и нагоняют кошмара. Да, лоббисты “зеленой энергетики” заняты манипулированием и зарабатывают на этом, но, в конце концов, это было бы не большим жульничеством, чем обычные предвыборные обещания. Но помещение Греты в список “главных ученых 2019 года” в версии Nature придает ситуации принципиально иной смысл. Если бы это сделал какой-то бульварный листок — вопросов бы не было. Но Nature много лет был образцом добросовестности, ориентиром в море халтуры и лженауки, и этого ориентира после признания Греты “выдающимся ученым” вдруг не стало.

Мы оказались в тумане без маяков — и это дает право говорить о том, что развитием человечества сегодня занялась команда регрессоров, примерно таких же, как прогрессоры у Стругацких, но с обратным знаком поставленных задач, стремящихся привнести в социум не продвинутые и технически совершенные идеи, а, напротив, примитивные и регрессивные.

Использование же в качестве инструмента массовой суггестии девочки, которой, в силу ее расстройств, можно внушить фанатичную веру во что угодно, имеет давнюю историю. К примеру, процесс “салемских ведьм”, в ходе которого было казнено и умерло под пытками 25 человек,  а от 150 до 200 были заключены в тюрьму, базировался на показаниях дочери и племянницы местного пастора Сэмюэла Пэрриса  — девятилетней Элизабет Пэррис и двенадцатилетней Эбигейл Уильямс, имевших, судя по всему, сходные с Гретой наборы недугов/особенностей/ярких харизм.  И только потом, следом за ними, подтянулись со своими показаниями уже и другие уверовавшие. Историки сбились с ног, пытаясь понять, отчего вдруг девочки стали обвинять ни в чем не повинных женщин — но, как ни странно, так и не исследовали толком вопрос о том, кому же досталось имущество казненных.

Еще интереснее получилось в Африке, где в 1856 году ровесница Греты, девочка по имени Нонгкавузе из племени скотоводов хоса вдруг заявила, что духи предков повелели ей передать всем хоса указание убить свой домашний скот, после чего дела у них пойдут отлично: белые уйдут, а духи подарят хоса много нового скота. Трудно сейчас сказать, кто рулил Нонгкавузе, но едва ли она сама, без поддержки, оказалась настолько убедительна, что хоса и вправду перерезали свой скот, а заодно и тех, кто усомнился в ней. После чего благополучно вымерли от голода, численно сократившись на три четверти, и освободив, таким образом, жизненное пространство.

Грета от Нонгкавузе тоже не отстает: она уже стала кумиром леваков во всем мире, Time признал ее человеком 2019 года, а Guardian сравнила с Авраамом Линкольном. В общем, технология работает.

Вернемся, впрочем, к Австралии, с ее пожарами. Так вот, пожары в Австралии — часть естественного природного цикла. Да, это грозное зрелище — ну, а разве ураган менее грозен? Но ураганы необходимы, они обеспечивают циркуляцию воздушных масс в атмосфере. И ровно так же необходимы  лесные пожары — для того, чтобы на планете росли леса без вмешательства человека.

С Гретой же все обстоит немного сложнее. Хотя, с учетом эффективности типажа “блаженной маленькой пророчицы” можно допустить, что периодическое появление таких грет, нонгкавузе, элизабет или эбигейл тоже призвано регулировать обновление населения и улучшать его качество, подобно тому, как лесные пожары регулируют обновление леса и избавляют от сухостоя. Или, выражаясь проще, за всякой гретой стоит желание получить деньги или имущество обманутых дураков, которые для человечества такая же обуза, как сухостой — для живого леса. Правда, заодно с дураками часто страдают и вменяемые люди. Но тут уже работает закон больших чисел, когда толпа леммингов, охваченных жаждой улучшить экологию планеты, освободив  ее от своего присутствия, сносит в пропасть и тех, у кого не было ни малейшего желания в эту пропасть прыгать.

Сергей ИЛЬЧЕНКО

Добавить в FacebookДобавить в TwitterДобавить в LivejournalДобавить в Linkedin

Что скажете, Аноним?

Если Вы зарегистрированный пользователь и хотите участвовать в дискуссии — введите
свой логин (email) , пароль  и нажмите .

Если Вы еще не зарегистрировались, зайдите на страницу регистрации.

Код состоит из цифр и латинских букв, изображенных на картинке. Для перезагрузки кода кликните на картинке.

ДАЙДЖЕСТ
НОВОСТИ
АНАЛИТИКА
ПАРТНЁРЫ
pекламные ссылки

miavia estudia

(c) Укррудпром — новости металлургии: цветная металлургия, черная металлургия, металлургия Украины

При цитировании и использовании материалов ссылка на www.ukrrudprom.ua обязательна. Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентства "Iнтерфакс-Україна", "Українськi Новини" в каком-либо виде строго запрещены

Сделано в miavia estudia.