НБУ предупреждает об угрозе формирования депрессивных кластеров

Экономическая активность с затягиванием войны все больше концентрируется в относительно безопасных областях, что углубляет неравномерность развития регионов и создает реальную угрозу формирования депрессивных кластеров с хроническим оттоком населения, низким локальным спросом и инвестиционным вакуумом, заявил Национальный банк Украины в апрельском Инфляционном отчете.

“Война формирует глубокую структурную асимметрию, которая уже сегодня сужает потенциал будущего экономического роста... Преодоление этой траектории потребует не только физического восстановления, но и активной государственной стратегии от стимулирования возвращения человеческого капитала до создания специальных механизмов страхования и перенаправления капитала в наиболее уязвимые регионы”, — отметил НБУ.

Он отметил, что активность в пострадавших регионах в значительной степени является инерционной: она поддерживается оборонными потребностями, экстренным ремонтом инфраструктуры и потреблением оставшегося населения. Однако именно эти территории рискуют войти в фазу восстановления с худшими стартовыми позициями: критический объем разрушений здесь сочетается с истощенной экономической базой.

В отчете Нацбанк разделил все области по степени физических разрушений и рискам безопасности на четыре группы, в том числе прифронтовые (Донецкая, Харьковская, Днепропетровская, Запорожская и Херсонская области, подвергшиеся наибольшим масштабам поражения), приграничные (Сумская и Черниговская области, страдающие от постоянных трансграничных обстрелов) и условно пограничные (Николаевская, Одесская и Киевская области, которые не имеют общей сухопутной границы с РФ, однако остаются в зоне высокой досягаемости вражеских атак из-за наличия значительного количества объектов критической инфраструктуры).

Лучшей экономическая ситуация, согласно приведенным НБУ данным, является в тыловых регионах, не граничащих с РФ или оккупированными территориями. Среди них особое место занимают западные области (Львовская, Ивано-Франковская, Тернопольская, Волынская, Ривненская, Закарпатская, Черновицкая и Хмельницкая), которые стали основными хабами для релоцированного бизнеса, капитала и рабочей силы, отметил центробанк.

Он добавил, что динамика деловых настроений и экономической активности зеркально отражает карту разрушений. После общего обвала деловых ожиданий в феврале 2022 года траектория их восстановления оказалась асимметричной: ее определяла прежде всего географическая близость к зоне боевых действий, а не классические экономические факторы.

НБУ уточнил, что пространственная асимметрия динамично меняется из-за применения Россией дальнобойного вооружения и систематических атак на энергетику и логистику, которые расширяют зону непосредственного влияния войны далеко за пределы линии соприкосновения. Несмотря на это ядро потерь остается неизменным: вне оккупированных территорий наибольшая концентрация разрушений приходится на Донецкую область, за которой следуют другие прифронтовые и приграничные регионы, констатирует Нацбанк.

Среди прочего он обратил внимание на наибольшие убытки предприятий прифронтовых регионов, за которыми с большим отрывом идет бизнес приграничья, тогда как ситуация в тыловых регионах значительно устойчивее, а лучшие финансовые результаты стабильно демонстрируют предприятия западных областей.

НБУ также обратил внимание, что в 2025 году влияние дефицита электроэнергии на прифронтовые регионы существенно усилилось из-за изменения тактики вражеских обстрелов. Целенаправленные массированные атаки на энергетическую инфраструктуру всех уровней именно в приграничных и прифронтовых областях в сочетании с высокой концентрацией там тяжелой промышленности обусловливают критическую зависимость местной экономики от энергоснабжения. Это будет иметь длительный негативный эффект на их конкурентоспособность, считают в НБУ.

Его эксперты отметили, что влияние войны усиливается глубинными структурными шоками, и самым ярким примером является сельское хозяйство, когда долгосрочные климатические изменения сильнее всего поражают засушливые территории Востока и Юга — регионы, которые являются прифронтовыми и одновременно больше всего страдают от российской агрессии.

Прямым следствием войны стало резкое сокращение валового сбора сельхозкультур в прифронтовой и приграничной зонах из-за оккупации земель и невозможности обработки полей вблизи линии фронта. В течение 2022-2025 годов сбор зерновых в прифронтовых регионах сократился на 64%, а масличных — на 49% (относительно среднего довоенного показателя за пять лет). Зато в тылу урожай зерновых снизился всего на 1%, а масличных — даже вырос на 37%.

Еще более показательна динамика урожайности, которая отражает не только потерю площадей, но и технологическую деградацию, добавил НБУ. Для прифронтовых областей падение производительности — это кумулятивный эффект прямых военных убытков (уничтожение техники, поджоги посевов, дефицит кадров), усиление засух на Юге и последствий подрыва Каховской ГЭС. Разрушение плотины фактически уничтожило систему орошения, которая была фундаментом растениеводства в регионе, что привело к локальному аграрному кризису и микроклиматическим изменениям, говорится в Инфляционном отчете.

Согласно ему, региональная асимметрия четко прослеживается в инвестиционной деятельности и секторе услуг, однако с определенными исключениями. Если строительство нежилой недвижимости демонстрирует ожидаемую динамику: показатели коррелируют с уровнем безопасности и финансовыми результатами соответствующих групп регионов, то сектор услуг в приграничных областях демонстрирует темпы роста, опережающие все другие группы. Прифронтовые регионы в этой категории хоть и уступают западным, однако ощутимо опередили тыловые области и среднеукраинский показатель, отметил НБУ.

“Такая специфическая активность объясняется двумя разнонаправленными векторами: массовой релокацией бизнеса на Запад и значительной концентрацией подразделений сил обороны в приграничные области и области вблизи фронта. Именно высокие оборонные потребности и присутствие военных формируют устойчивый локальный спрос, который является ключевым стимулом для местной экономики в условиях войны”, — считают в центробанке.