В ручном режиме
Управление экономикой в ручном режиме — задача невероятно сложная, а уж в условиях экономического кризиса, пожалуй, и вовсе невыполнимая. Поэтому именно сейчас и проявился закономерный результат хронического недофинансирования угольной отрасли. Хотя в начале октября прошлого года Анатолий Акимочкин, первый заместитель председателя Независимого профсоюза горняков, уверенно заявил, что внутреннему рынку в ближайшее время — во всяком случае, в зимние месяцы — не угрожает дефицит энергетического угля, эксперт жестоко ошибался. Именно в это время и обнаружился нарастающий дефицит углей газовой группы, который используют многие тепловые электростанции (ТЭС) Украины.
Специфика угольной отрасли такова, что для сохранения стабильного объема добычи необходимо одновременно с проходкой одной лавы осуществлять подготовку следующей, что занимает, в среднем, около года и требует значительных капиталовложений. По данным Международного энергетического агентства (IEA), средняя глубина украинских шахт превышает 700 метров, а примерно на 20% залежей приходится вести добычу на глубине 1-1,4 тыс. метров. К сложным геологическим условиям добавляется и другая проблема — изношенное и морально устаревшее оборудование, на замену которого катастрофически не хватает денег. Фактически угольная отрасль продолжает свое существование за счет огромных государственных субсидий. Все украинские правительства вынуждены финансировать добычу: хотя она нерентабельна и опасна (Украина занимает второе место в мире после Китая по смертности в результате аварий на шахтах), уголь — единственная доступная альтернатива российскому газу.
Тем не менее, субсидий оказалось явно недостаточно. Хотя в 2008 году отрасли выделили 7,7 млрд. гривен из бюджета, а в 2009 году — 10 млрд. гривен, капитальные инвестиции в отрасль за последние два года не поступали. Практически так же обстояли дела и за все годы независимости. И если в советские времена добывающие мощности Украины составляли 186 млн. тонн, а доля угля в производстве электроэнергии — 75%, то за 2008 год в Украине добыто только 77,8 млн. тонн, а в 2009 году — 72,219 млн. тонн (годовой спад составил 7%). Поэтому в настоящее время в структуре топлив, используемых в украинской генерации, на долю угля приходится, по данным IEA, около 40%, а по статистике украинского Агентства атомных новостей — 21%.
Исходно прошлогоднее сокращение добычи не вызывало особого беспокойства, поскольку обвал промышленного производства обусловил резкий спад потребления электроэнергии и, соответственно — спроса на энергетический уголь. Кроме того, образовался избыток и коксующегося угля, поскольку снизилось его потребление в металлургии. Экспортировать избытки было невозможно: спрос упал во всем мире, при этом себестоимость добычи украинского угля была втрое выше мировых цен, которые на тот момент держались на уровне 40 долларов за тонну, а содержание в нем серы значительно превышает европейские нормы. Поэтому возникла проблема хранения угля, переполнившего склады шахт и электростанций. Правда, в избытке был только антрацит, который не подходит для ТЭС, работающих на газовой группе углей.
Тем временем, антикризисные меры, предпринятые правительствами многих стран, начали приносить плоды: экономики западных стран вышли из рецессии, а в Китае возобновился бурный подъем. В результате оживились экспортные рынки украинских металлургов, и они начали увеличивать загрузку мощностей. Соответственно, выросло потребление кокса. Коксохомические заводы стали наращивать выпуск продукции, а в шихту для производства кокса входит до 20% углей газовой группы. При этом в четвертом квартале промышленные потребители увеличили потребление электроэнергии на 15%, а металлурги — на 38%, и ТЭС нарастили выработку на 10%. Однако многие из них используют в качестве топлива угли именно газовой группы. В комбинации с резким сокращением добычи предприятиями ГП “Уголь Украины”, эти факторы сформировали дефицит.
С начала 2010 года шахты недопоставили электростанциям 1,5 млн. тонн угля, и его запасы на складах генерирующих компаний сократились до 768 тыс. тонн при нормативе 3 млн. тонн. В этой ситуации ТЭС вынуждены использовать дорогостоящий природный газ.
Из-за дефицита топлива, Украина даже вынуждена была с 1 марта прекратить экспорт электроэнергии — хотя еще несколько месяцев назад за доступ к сечению межгосударственной ЛЭП шла бескомпромиссная борьба, в феврале НЭК “Укрэнерго” не смогла реализовать на аукционе ни одного лота на доступ к этому сечению. У потенциальных покупателей возникли обоснованные сомнения в способности Бурштынской ТЭС обеспечить загрузку объемов сечения, выставленных на аукцион, поскольку ее агрегаты работают на углях именно газовой группы.
Круг замкнулся
По прогнозу НАК “Энергетическая компания Украины”, в текущем году дефицит энергетических углей газовой группы превысит 1,5 млн. тонн. Президент компании Владимир Зиневич сообщил, что ТЭС, входящим в НАК, придется использовать вместо угля газ, а это почти на треть повысит себестоимость их электроэнергии и приведет к убыткам по итогам года. По его словам, компания могла бы купить уголь у частных добытчиков или импортировать его, но это запрещено постановлением Кабмина, который обязал покупать сырье только у ГП “Уголь Украины”. Тем временем, сокращение инвестиций в отрасль (шахты уменьшили капитальные вложения на 30%) и высокий износ основных фондов (по данным парламентского комитета по ТЭК, сейчас он превышает 87%) приводят к дальнейшему снижению объема добычи на государственных шахтах — в январе годовой спад составил 6%. По словам Зиневича, “Уголь Украины” добыл в январе меньше угля группы Г по сравнению не только с прошлым годом, но и с декабрем.
Таким образом, политика льгот для госшахт, которая проводилась в последние годы, себя не оправдала. А льготы были существенными. В январе 2009 года, вопреки закону “Об электроэнергетике”, Кабмин рекомендовал снизить для них тариф на электроэнергию на 26%, а в январе 2010 года правительство предоставило госшахтам еще и отсрочку по выплатам в Пенсионный фонд и Фонд социального страхования. Кроме того, были отменены налоги на зарплаты. По данным Минфина, задолженность шахт “Угля Украины” перед всевозможными фондами и местными бюджетами выросла в семь раз — до 3,5 млрд. гривен. Понятно, что это повлечет за собой новую лавину проблем.
Разумеется, правительство сознает, что без приватизации ситуацию изменить невозможно, однако сейчас отрасль попала в порочный круг: продаже добывающих предприятий препятствуют не только политические разногласия в верхних эшелонах власти, а и льготы для госшахт, которые ставят частные добывающие компании в невыгодное положение. Директор компании Coalimpex Василий Кононов заявил: “В целом Украина располагает рентабельными для разработки месторождениями угля, привлекательными для инвесторов. Вопрос в том, чтобы сделать инвестиции в эти месторождения выгодными, а этого можно добиться, лишь поставив всех операторов рынка в равные условия”.
Удачной иллюстрацией этого тезиса служит конфликт, разгоревшийся полгода назад. Дело в том, что с 1 июня 2009 года частные ТЭС отказались закупать энергетический уголь у государственных угольных шахт. Причина понятна: в Украине есть около тридцати частных шахт, и они продают уголь по 300 гривен за тонну, а в госрезерв к тому времени было закуплено 3,3 млн. тонн по цене 632 гривен. Гендиректор ГП “Уголь Украины” Олег Погодин объяснил, что именно такая цена “позволяет шахтам своевременно выплачивать заработную плату рабочим и поддерживать предприятия в нормальном состоянии”. Он также указал, что загрузка складов государственных энергетических компаний углем составляет 91%, а частных — менее 50%.
В этой ситуации правительство обязало НАК “Энергетическая компания Украины” максимально уменьшить потребление газа и расширить использование угля. Кроме того, государственные ТЭС получили указание приобретать топливо только у НАК “Уголь Украины”, а сама НАК — закупать его только у государственных шахт. Тот факт, что в результате возникли серьезные проблемы у частных добывающих предприятий, правительство не смущал — на их протесты власти ответили заявлением, что готовы принять эти шахты обратно в госсобственность.
Наконец, 21 сентября последовало новое “гениальное” решение: совет Оптового рынка электроэнергии (ОРЭ) поддержал предложение Минтопэнерго обязать ТЭС увеличить неснижаемые запасы угля антрацитовой группы на складах семи тепловых электростанций более чем на 40% — до 200 тыс. тонн. Если же они этого не сделают, то ОРЭ не станет принимать у них электроэнергию. Это решение ударило, в первую очередь, по частным ТЭС — именно таким образом они были наказаны за нежелание увеличивать свои убытки, субсидируя государственные шахты.
Вражеский импорт
С самого начала кризиса правительство оказывало давление на металлургов, чтобы они закупали коксующийся уголь у государственных шахт. Однако в конце 2008 года цены на это сырье резко упали во всем мире, и сталелитейным компаниям импортировать уголь было выгоднее, причем не только в ценовом аспекте: они в любом случае должны добавлять к местному сырью высококачественное привозное, чтобы повысить качество кокса. Теперь придется импортировать и угли газовой группы, причем не только металлургам, но и энергетикам.
А мировые цены будут расти, поскольку глобальная экономика уже вышла из затяжной рецессии, и потребление энергии постепенно увеличивается. При этом кредитный бум в Китае возобновил расширение объемов производства в энергоемких отраслях, и страна активно импортирует угли — и коксующиеся, и энергетические. Повышение спроса стимулирует рост цен, и аналитики Scotiabank предсказывают, что в контрактах 2010 года цены на коксующийся уголь увеличатся на 31% — до 169 долларов за тонну, хотя экономисты JP Morgan Securities прогнозируют менее резкий скачок — на 24%, до 160 долларов. Правда, сейчас японская пресса сообщает, что BHP Billiton требует повышения контрактных цен на 55% — до 225 долларов, но австралийские аналитики относятся к этому скептически, ожидая скачка цен на 70%. В свою очередь, эксперты Macquarie Bank ожидают повышения спотовых цен на энергетический уголь на 15% — до 82,5 долларов за тонну, а Merrill Lynch предсказывает 20%-ное повышение — до 86 долларов. Правда, сейчас никто из экспертов не прогнозирует возврата к уровню 2008 года, когда цены на энергетический уголь составляли 127 долларов.
Повышательная тенденция просматривается достаточно четко, и состоятельные покупатели стремятся уже сейчас обзавестись долгосрочными контрактами. Например, в начале китайская корпорация China Power International заключила сделку с австралийским миллиардером Кливом Палмером на поставки энергетического угля в течение двадцати лет. Сумма сделки — 69 млрд. долларов, годовой объем поставок — 40 млн. тонн. Правда, угольный проект в Квинсленде еще только предстоит реализовать.
Что в этой ситуации делать украинским энергетикам? До приватизации угольной отрасли государственным ТЭС придется, вероятно, продолжать покупать местный уголь по завышенной цене, поскольку ни одно правительство не решится на закрытие нерентабельных шахт, а недостаток определенных категорий топлива — возмещать за счет импорта. Ближайший источник поставок — Россия, и к газовой зависимости независимой Украины добавится угольная. Правда, в случае угля есть альтернатива — его можно импортировать из дальнего зарубежья, хотя этому препятствует, в большой мере, отсутствие глубоководных портов. Приватизация же шахт расставит правильные акценты в отношении экономики отрасли. Но решится ли на это новая власть?
![]() ![]() ![]() ![]() |
Скопируйте нижеприведенный код в ваш блог.
Статья в вашем блоге будет выглядеть вот так:
Традиционные проблемы украинского углепрома теперь распространились и на энергетику — в стране образовался острый дефицит углей газовой группы, на которых работают многие ТЭС.
Цікаве пітання низбкої вартості приватного вугілля. Але чи відомо автору про "копанки", де використовується рабська праця? Про яку собівартість в такому випадку можна казати? Та й "захист"у копанок "державний"!
Скучно читать "умные мысли" об условиях продажи государственных шахт. Их ведь в основном "забирают" не для добычи угля, а для добычи металла! Неужели жизнь ничему не учит?
Да вопрос собственно только в том, не отберут ли эти шахты после модернизации?
Абсолютно с вами согласна, а вместо угольных шахт развивать возобновляемую энергетику http://avante.com.ua/rus/index.htm
Все государственные шахты нужно продать за 1 месяц по цене $1 за "штуку", но под условие выполнения опредленных программ технического перевооружения шахт и рекультивации окрестных территорий. Одновременно требования по горному надзору, безопасности труда и экологии резко повысить (но, естественно, до разумных норм). Если этого не сделать, через 5, максимум, 10 лет останется только "лунный пейзаж" на поверхности и подземные катакомбы.
Что скажете, Аноним?
[10:45 20 августа]
[09:05 07 августа]
[10:20 06 июля]
22:50 31 августа
13:00 31 августа
12:00 31 августа
11:30 31 августа
10:30 31 августа
09:30 31 августа
09:00 31 августа
[07:20 01 сентября]
[18:55 31 августа]
(c) Укррудпром — новости металлургии: цветная металлургия, черная металлургия, металлургия Украины
При цитировании и использовании материалов ссылка на www.ukrrudprom.ua обязательна. Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентства "Iнтерфакс-Україна", "Українськi Новини" в каком-либо виде строго запрещены
Сделано в miavia estudia.