Санкции за крымский бизнес

Ермолаев известен как основатель корпорации Alef. Hromadske называло его агробароном, спиртзаводчиком и одним из крупнейших застройщиков Днепра; за год до полномасштабного вторжения Forbes оценивал его состояние в 221 млн долларов. Сам бизнесмен объяснял отказ от украинского гражданства желанием получить “международную защиту” и указывал на проблемы украинской судебной и налоговой систем.

23 декабря 2023 года президент Владимир Зеленский ввёл в действие решение СНБО о применении персональных санкций. Официальный указ №850/2023 прямо вводит в действие решение СНБО о специальных экономических и других ограничительных мерах; в приложениях к решению фигурировал Вадим Ермолаев.

Ключевая претензия государства, по данным украинских СМИ со ссылкой на СБУ, касалась крымского алкогольного бизнеса. По версии СБУ, Ермолаев через подставных лиц перерегистрировал бизнес в оккупированном Крыму по российским законам и много лет платил налоги в бюджет РФ.

Активы, дочь и фиктивные сделки

После санкций вокруг Ермолаева возникла отдельная история с перерегистрацией активов. Значительная их часть была связана с венчурным фондом “Технологии”, владельцем которого выступала кипрская Licita Trading Co LTD. По данным журналистов, в январе 2024 года в кипрских реестрах появился документ о передаче акций дочери Ермолаева Софии Кононенко, причём датой сделки было указано 5 декабря 2023 года — до введения санкций. Очевидно, документ мог быть подписан задним числом.

Дальше украинские нотариусы вносили изменения в реестры, переписывая конечных бенефициаров десятков компаний Ермолаева на Софию Кононенко. Затем часть нотариусов заявила, что их электронными подписями якобы завладели неизвестные, а Минюст отменил изменения и вернул фамилию Ермолаева в реестры. Позже, как писали журналисты, в цепочке появился ещё один номинальный владелец — гражданин Германии Евгений Штайнберг, которого Hromadske связывало с прежними бизнес-структурами Ермолаева.

“Потоки” и 6 гектаров у Дуная

Один из самых резонансных сюжетов — история компании “Потоки”. В июле 2024 года “УкрРудПром” опубликовал расследование “Кто в доме хозяин. Как компания под санкциями Зеленского получила кусок украинской границы”. В нём утверждалось, что уже после введения санкций компания “Потоки”, подконтрольная Ермолаеву, получила в аренду 6 гектаров земли на берегу Дуная в Одесской области — фактически под строительство собственного перегрузочного комплекса или мини-порта.

По данным материала, земля была передана в аренду на 49 лет Одесской областной государственной администрацией. Речь идёт о приграничной зоне у Дуная, где действуют таможенный контроль и особый режим доступа. При этом Ермолаеву, как подсанкционному лицу, были запрещены, в частности, торговые операции и участие в аренде государственного имущества через контролируемые структуры.

Этот сюжет стал для Ермолаева особенно чувствительным. В мае 2025 года в редакцию “УкрРудПрома” поступило обращение Ермолаева с требованием удалить четыре журналистских материала. Фактически речь шла о трёх уникальных сюжетах: материале о “Потоках” и земле на Дунае, новости о санкциях Зеленского против Ермолаева и статье о Versobank — эстонском банке, среди акционеров которого все тот же Ермолаев. Так попытка убрать публикации из публичного доступа сама стала новостью.

Военное кладбище и господряды

Ещё один конфликтный эпизод связан с Национальным мемориальным военным кладбищем. Консорциум с участием фонда “Технологии” Ермолаева выиграл тендер на строительство мемориала, а компания “АК ПРО”, связанная с группой Alef, должна была стать поставщиком гранита. У подсанкционного бизнесмена формально была небольшая доля в структуре консорциума, но сама связь с ним вызвала скандал. Речь все-таки шла о главном военном кладбище страны во время полномасштабной войны, а среди связанных с проектом структур журналисты обнаружили следы такого персонажа как Ермолаев.

Дальше скандал как бы растворился в более крупной проблеме самого объекта: кладбище в Мархалевке всё-таки открыли и начали захоронения в августе 2025 года, но уже 29 января 2026 года Верховный суд признал незаконной передачу участка леса под НВМК; затем власти и НВМК настаивали, что это не останавливает работу кладбища, а критики писали, что государство вместо пересмотра проекта начало менять законодательство, чтобы обойти последствия судебного решения. В данном сюжете даже всплыл пропагандон Банковой Вова Петров, который прятался на кладбище от мобилизации, — но это уже отдельный сюжет.

Versobank: эстонский банковский след

В 2018 году Европейский центральный банк отозвал лицензию у эстонского Versobank AS. Решение было принято по рекомендации финансового надзора Эстонии из-за серьёзных и длительных нарушений требований по предотвращению отмывания денег и финансирования терроризма.

В материале, который Ермолаев хотел убрать с “УкрРудПрома”, Versobank описывался как банк, принадлежащий украинцам, лишённый лицензии из-за подозрений в отмывании денег. Для Ермолаева это был ещё один токсичный сюжет: в его юридической позиции подчёркивается, что он лично не управлял банком и не был привлечён к ответственности по таким обвинениям. Но в публичной биографии бизнесмена этот эпизод закрепился как еще один эпизод воровства денег на публике

“Батальон Монако”

Лазурный берег стал частью репутационной истории Ермолаева ещё до взрыва. В августе 2022 года “Украинская правда” опубликовала расследование о так называемом “батальоне Монако” — украинских VIP-беженцах, политиках и бизнесменах, которые во время полномасштабной войны жили или отдыхали на Лазурном побережье. Помимо прочего УП опубликовала видео, где Ермолаева встретили в Монако на Bentley стоимостью около 300 тысяч долларов.

На фоне войны, мобилизационных ограничений и массового обнищания украинцев такие кадры превратились в отдельный символ социального разрыва между элитами и страной. В итоге ГБР начало расследование фактов пересечение границы фигурантами этого списка; среди более чем 80 имён был указан и Вадим Ермолаев.

Яблоко от яблони...

Семейный пул скандалов не ограничивается дочерью Софией и активами. В декабре 2025 года на Кипре по запросу Интерпола задержали Артура Ермолаева — сына Вадима Ермолаева. Задержание связывали с деятельностью колл-центров; также сообщалось, что Артура задержали 4 декабря при попытке вылететь в Дубай и что ожидалась его экстрадиция в Эстонию.

Артур Ермолаев — экс-президент Украинской федерации киберспорта и бывший совладелец украинского киберспортивного клуба Windigo. Тем самым история вокруг сына добавила к бизнес- и санкционным конфликтам Ермолаева-старшего ещё один слой — международный. Она показательна как кейс украинского крупного капитала, который одновременно существует в нескольких юрисдикциях, опирается на семейные и офшорные структуры, ведёт бизнес в Украине, но формально давно не является украинским гражданином.

Вокруг Ермолаева сходятся сразу несколько болезненных тем: санкции и их реальное исполнение; бизнес на оккупированных территориях; контроль над государственными ресурсами; попытки переоформления активов; участие связанных структур в публичных проектах; репутационные войны с медиа; международные банковские схемы; наконец, семейные скандалы, в которых фигурируют его дети.

Поэтому взрыв в Монако стал не просто криминальной новостью — такой клубок конфликтов очевидно не мог закончиться хорошо. И именно этот узел теперь снова оказался в центре внимания — но уже не только украинских, но и европейских СМИ.