Если же начать раскручивать кадровые биографии людей, которые сегодня воюют друг с другом внутри прокуратуры, СБУ и НАБУ, возникает еще более странная картина. За нынешними начальниками вдруг проступают Анатолий Матиос, Сергей Лёвочкин, люди Дмитрия Фирташа и кадровые связи еще времен Партии регионов.

И эти две истории — одесская пирамида колл-центров и удивительная живучесть старых силовых сетей — в какой-то момент сходятся в одной точке.

Кипер, Вдовиченко, Кропива

Олег Кипер до назначения одесским губернатором руководил Киевской городской прокуратурой. Его первой заместительницей была Мария Вдовиченко. Когда Кипер в мае 2023 года уехал руководить Одесской областью, именно Вдовиченко фактически приняла Киевскую городскую прокуратуру. Позже Вдовиченко пошла еще выше — стала первой заместительницей генерального прокурора.

А в Одессе у Кипера появляется Сергей Кропива — бывший высокопоставленный сотрудник киберполиции и прокурорский чиновник. Некоторое время он работает заместителем главы Одесской ОВА, затем оказывается в Офисе генпрокурора.

Именно Кропиву НАБУ задержали в рамках “Карфагена”.

НАБУ для анонса следующих эпизодов “Карфагена” выбрало характерную запись. Один из собеседников говорит: “Прикольно такую империю сделать, как шеф сделал”. Кто именно был “шефом”, еще предстоит окончательно установить следствию. Но сам Кропива уже явно выглядит не вершиной этой конструкции, а ее не самым высоким этажом.

И здесь расследование колл-центров, как считает расследователь Владимир Бондаренко, упирается в гораздо более крупную историю — кто вообще сегодня контролирует украинскую прокуратуру и откуда взялись люди, которые находятся на ее вершине.

“Гвардия Матиоса”

Нынешний генпрокурор Руслан Кравченко до большой политической карьеры работал в Главной военной прокуратуре под руководством Анатолия Матиоса.

Там же ошивался и Дмитрий Борзых — человек, которого журналистские источники позднее называли близким к Кравченко неформальным советником. Его имя всплывало и вокруг подготовки закона №12414, которым летом 2025 года власть попыталась фактически подчинить НАБУ и САП генпрокурору.

Кравченко и Борзых — выходцы из той среды, которую называли “гвардией Матиоса”.

А сам Матиос в большую государственную политику пришел еще при Януковиче — он оказался в Администрации президента, куда его привел Сергей Лёвочкин. То есть за нынешней верхушкой прокуратуры обнаруживается вполне узнаваемая кадровая генеалогия: военная прокуратура Матиоса, а за ней — администрация Януковича времен Лёвочкина.

Есть в этой истории и почти анекдотический эпизод. Первый заместитель Матиоса Владимир Жербицкий занимался расследованием возможной причастности Юрия Бойко к схемам Сергея Курченко со сжиженным газом. Подозрение Бойко тогда так и не предъявили. А через несколько лет Жербицкий оказался совладельцем “Трускавецьких лікувальних вод” — компании, связанной с окружением самого Бойко.

Бойко же был одной из ключевых политических фигур той группы, которую много лет называли группой Фирташа—Лёвочкина.

Но еще интереснее эта кадровая генеалогия выглядит в СБУ.

От охраны Фирташа до руководства СБУ

Александр Поклад сегодня — одна из наиболее влиятельных фигур украинских спецслужб. До прихода на вершину СБУ он был помощником народного депутата Ивана Мирного.

Мирный — персонаж весьма специфический. В 1990-х он возглавлял черновицкое управление по борьбе с организованной преступностью и участвовал в расследовании дела, где фигурировал тогда еще начинающий бизнесмен Дмитрий Фирташ. Фирташ несколько месяцев провел в СИЗО, а спустя некоторое время Мирный уже возглавлял его охрану.

В 2007 году Фирташ помог Мирному попасть в проходную часть списка Партии регионов. Тогда же украинская пресса совершенно открыто говорила о существовании внутри Партии регионов отдельной группы Фирташа—Лёвочкина.

И вот спустя полтора десятилетия бывший помощник человека из ближайшего окружения Фирташа Александр Поклад становится заместителем главы СБУ.

Получается занятная симметрия. В прокуратуре наверх поднимаются выходцы из “гвардии Матиоса”, за которым тянется линия к Лёвочкину.

В СБУ — бывший помощник человека из ближнего круга Фирташа.

А затем эти люди оказываются внутри новой войны за украинский силовой блок.

Как старые связи встроились в государство Зеленского

Летом 2025 года власть пошла на открытую атаку на НАБУ и САП. Одним из центральных участников той истории оказался Руслан Кравченко. Еще перед его назначением генпрокурором обсуждалась задача найти механизм контроля над антикоррупционными органами. После назначения Кравченко потребовал материалы дел, связанных с сотрудниками НАБУ и САП, а затем Рада приняла закон №12414, резко усиливавший власть генпрокурора над ними.

Рядом с Кравченко снова появляется Борзых — выходец из системы Матиоса. Со стороны СБУ одним из ключевых игроков становится Поклад.

То есть в конфликте государства Зеленского с антикоррупционной вертикалью чрезвычайно востребованными оказались люди, профессиональная биография которых началась задолго до Зеленского, Порошенко и Майдана.

Но самое интересное — сегодня они уже не составляют единой команды.

Кравченко постепенно превратился в самостоятельную фигуру.

Поклад строит собственный центр влияния внутри СБУ.

Кипер и Вдовиченко представляют еще одну кадровую вертикаль.

А НАБУ теперь атакует людей, которые совсем недавно сами участвовали в атаке на НАБУ.

Именно поэтому нынешнюю войну силовиков бессмысленно описывать как конфликт двух лагерей — условной Банковой и условного НАБУ. Это гораздо более сложная система временных союзов.

И тут снова возникает Кипер

Олег Кипер не является персонажем группы влияния Фирташа—Лёвочкина. Его нынешняя политическая карьера целиком связана уже с режимом Зеленского.

Но созданная вокруг него кадровая вертикаль неожиданно встраивается в старую конструкцию. Кипер оставляет после себя Вдовиченко в Киевской прокуратуре. Берет Кропиву заместителем в Одесскую ОВА.

Вдовиченко затем становится одним из главных людей в ОГП при Кравченко. Кропива тоже переходит в ОГП.

И именно через Кропиву расследование “Карфаген” начинает подниматься вверх.

Таким образом, с одной стороны мы имеем относительно новую группу Кипера.

С другой — прокурорскую вертикаль Кравченко—Борзых, выросшую из “гвардии Матиоса” и уходящую кадровыми корнями в эпоху Лёвочкина.

Рядом — Поклад с прямым биографическим мостиком в окружение Фирташа.

И все это уже не политическая археология. Все эти люди сегодня занимают ключевые позиции в системе силовиков Украины.

Главное наследство Фирташа

О наследстве Дмитрия Фирташа обычно говорят в категориях облгазов, химпредприятий, телеканалов и депутатских групп. Но самым живучим его следом, возможно, оказались люди.

Не обязательно лично ему подчиненные. Не обязательно сохраняющие старую лояльность. Скорее люди одной кадровой среды — бывшие помощники, охранники, прокуроры, опера, чиновники, которые пережили политических хозяев своей молодости и сами стали самостоятельными центрами силы.

“Карфаген” оказался интересен именно потому, что обычное дело о мошеннических колл-центрах вдруг вскрыло несколько этажей этой системы.

Кропива выводит на Кипера. Вдовиченко связывает группу Кипера с верхушкой ОГП.

За Кравченко появляется “гвардия Матиоса”. За Матиосом — Лёвочкин.

В СБУ сидит Поклад. За его биографией — Иван Мирный и окружение Фирташа.

Страна пережила две революции, три президентские эпохи и большую войну, а на верхних этажах системы снова люди, чьи профессиональные связи формировались вокруг тех же групп влияния, которые делили Украину при Януковиче.

Только теперь бывшие креатуры, помощники и подчиненные старых кланов сами стали самостоятельными центрами силы.