Смартфоны стали самым мощным противозачаточным в мире

Демографический кризис усугубляется по всему миру — в более чем двух третях государств среднее количество детей на одну женщину упало ниже “коэффициента воспроизводства” в 2,1, отмечает Financial Times. Если раньше это было в основном проблемой богатых стран, то теперь страны с низким и средним уровнем доходов стареют раньше, чем богатеют. Отчасти это можно объяснить технологической революцией, выяснило издание.

Падение рождаемости и старение населения сокращает рабочую силу и уменьшает производительность труда, тормозя всю экономику: например, стагнацию в Японии с 1990-х почти полностью можно объяснить этими факторами. Проблем добавляет стремительный рост расходов на пенсии и медицину. Они вытесняют, например, инвестиции в инфраструктуру, а это способствует ощущению упадка. Оно, в свою очередь, выносит проблему в политическую плоскость, подпитывая популистские силы.

Были надежды на то, что сокращение численности населения хотя бы уменьшит нагрузку на окружающую среду, но, согласно недавнему исследованию, в ближайшие десятилетия вредные выбросы в лучшем случае незначительно уменьшатся благодаря этому.

При этом нельзя сказать, что люди сами хотят иметь меньше детей: опросы показывают, что, например, в Южной Корее большинство молодых семей хотели бы в среднем иметь двух детей, а в реальности заводят одного. В европейских странах похожий разрыв между желаемым количеством детей больше двух, а реальным — в среднем ближе к полутора.

Если раньше в семьях было меньше детей, то теперь становится меньше семей. При этом в большинстве богатых стран женщины рожают столько же или больше детей, чем раньше, но само число рожающих женщин уменьшается. Вопреки стереотипам, женщины отказываются от рождения детей не из-за карьеры или простого нежелания: чем ниже доходы и чем хуже образование людей, тем меньше детей они заводят. Государственные пособия не могут переломить эту тенденцию.

Одним из ключевых препятствий для рождения детей становится недоступность жилья — по крайней мере, в богатых странах. Согласно анализу FT, до половины снижения уровня рождаемости в этих странах можно объяснить уменьшением числа собственников жилья и ростом доли молодых людей, долго живущих с родителями.

Экономические факторы могут объяснить постепенное падение рождаемости, но не ее резкий спад в последние годы. Исследователи нашли нового виновника — цифровые технологии. Например, ученые выяснили, что в США и Великобритании число рождений быстрее и раньше всего сократилось в районах, где раньше появился высокоскоростной мобильный интернет.

Это применимо и к другим странам: в начале 2000-х рождаемость среди молодежи оставалась стабильной, но с 2007 года начала падать в США, Великобритании и Австралии, с 2009-го — во Франции и Польше, с 2012-го — в Мексике, Марокко и Индонезии, с 2013-2015-го — в Гане, Нигерии и Сенегале. Все эти переломные моменты совпали с массовым распространением смартфонов на местных рынках — а оно существенно, иногда вдвое сократило время, проводимое в личном общении.

Наконец, все эти тенденции усиливают социальные сети, которые привносят завышенные ожидания от потенциальных партнеров, идеологический раскол между мужчинами и женщинами (последние больше сдвинулись “влево”) и усиление экономических опасений. 

Смягчить проблему можно, например, помощью молодым семьям с подходящим жильем или достаточно щедрыми выплатами за рождение детей. Но государственные ресурсы не безграничны, а спад рождаемости коррелирует не только с экономическими факторами — придется менять цифровые и культурные привычки, заключает FT.