“Метинвест” Рината Ахметова уменьшил инвестиции до 250 млн долларов в год

Горно-металлургическая группа “Метинвест” значительно снизила инвестиции из-за войны и потери половины активов, но продолжает вкладывать деньги в поддержку активов, в развитие компании и построение газовой, солнечной и ветряной электрической генерации, сообщил руководитель офиса генерального директора группы Александр Водовоз на мероприятии “Forbes Money” в Киеве.

“Сейчас мы в среднем инвестируем где-то $250-280 млн в год. В разные проекты — и проекты поддержки, и стратегические проекты. Не знаю, являемся ли мы еще крупнейшим частным инвестором, по разным причинам — и объективным, и война. Но мы приняли для себя решение, что война войной, но надо смотреть вперед и исходить из того, что есть сегодня”, — сказал топ-менеджер.

По его словам, группа во время войны планирует на 2-3 месяца вперед, не более. Есть также определенный бизнес-план до конца года, но военные события вносят коррективы, например, на “Запорожсталь” прилетел УАБ.

“У нас среднее отклонение от плана сейчас где-то 50%... у нас заводы в прифронтовых зонах, из-за этого немного тяжелее. Но мы все уже привыкли к войне, уже нет такого, что, может, через месяц, через два все закончится. Все планируем так, будто это будет постоянно, к сожалению. И исходим из этого, что инвестиции надо планировать, основываясь на таком предположении”, — констатировал Водовиз.

Он напомнил, что до 2021 года “Метинвест”, наверное, был крупнейшим частным инвестором в Украине: инвестировал в среднем на уровне $1 млрд в год в украинские активы.

Относительно инвестиций в энергетику топ-менеджер отметил, что группа является крупнейшим потребителем электроэнергии в Украине с потреблением около 1 ГВт, поэтому полностью заменить эти потребности за счет строительства солнечной или ветряной генерации нереально.

“Мы считали, это невозможно сделать. Мы можем строить солнечную, газовую генерацию для какой-то поддержки — чтобы, если нас где-то разбомбили, чтобы мы не останавливали печь. Потому что остановка доменной печи — это $100 млн... Поэтому первое, что мы сделали, — построили газовую генерацию где-то на 50 МВт для того, чтобы поддерживать заводы на случай, когда станции разбиты. И сейчас мы смотрим, чтобы строить везде, где возможно, солнечные и ветряные генерации. До ветра нам немного дальше, мы ведем разговоры. А вот солнце уже близко”, — пояснил Водовиз.

Он сообщил о возможном подписании соглашения на построение такой генерации на 37 МВт.

По его словам, была попытка ознакомиться через посольство США с историей построения малых атомных реакторов на базе “Каметстали”. “Эти разговоры не закончены, но это только разговоры. Ну и что такое малый атомный реактор? Это 3, 5, 10 лет. Это мы не говорим о сейчас”, — сказал руководитель офиса гендиректора группы.

Он добавил, что еще одна сфера инвестиций группы — зарубежные активы, в частности проект “зеленого” завода в Италии стоимостью $2,8 млрд, так как эта страна — ключевой рынок для “Метинвеста”: там уже есть два актива компании.

“Идея какая? У нас сейчас остановлен Ингулецкий ГОК. У нас работают наши ГОКи на 50% плюс-минус, а то и ниже 50%. Мы хотим построить завод в Италии для того, чтобы запустить наши ГОКи (на 100%)”, — отметил топ-менеджер. По его словам, ГОКи будут производить “зеленое” горяче-брикетированное железо, которое имеет гораздо меньше выбросов СО2.

Второй актив, который компания уже купила за рубежом, — трубный завод в Румынии, напомнил Водовоз. Основная причина, почему его приобрели — синергия с “Запорожсталью”, так как на этот трубный завод поставляется листовой прокат (рулон) “Запорожстали”.

Касаясь вопроса европейского рынка, представитель “Метинвест” пояснил, что он высокомаржинальный, поэтому все хотят попасть на него. В свою очередь Европа сейчас защищается: вводит квоты, СВАМ — и эти вещи вносят даже большие коррективы в планы компании инвестиций, чем война, добавил топ-менеджер.

Среди проблем он также назвал ограничения по финансированию. “У нас нет доступа ни к Ukraine Facility, ни к кредитам ЕБРР (...) Пока что эта вся история от государства только декларативная, к сожалению, и не имеет какого-то движения вперед относительно доступа к средствам. Нет механизмов страхования или обеспечения гарантиями”, — констатировал Водовиз.