Главарь “Химпрома” Буркин подробно рассказал о том, как покупал украинских силовиков

Егор Буркин по прозвищу “Мексиканец”, которого украинские правоохранители называют руководителем наркосиндиката “Химпром”, заявил о подлинности записей, опубликованных Национальным антикоррупционным бюро Украины по делу “Карфаген”. В большом интервью журналисту Василию Тимошенко Буркин рассказал о работе украинских кол-центров, многомиллионных взятках силовикам, коррупционной вертикали, ведущей в Офис президента, а также о связях своего бизнеса с высокопоставленными чиновниками и политиками.

“Я не хочу ничего отрицать. Я, наоборот, хочу подтвердить, что все именно так и было. Вот все то, что вы услышали, — это процент, может быть, 5% максимум от всего того, что сейчас творится в Украине”, — заявил Буркин.

По его словам, в Украине до недавнего времени действовало около 1500 кол-центров, а общие денежные потоки этого бизнеса он оценивает в 2-3 миллиарда долларов ежемесячно. Эти деньги распределялись между организаторами, сотрудниками, арендодателями и правоохранителями, обеспечивавшими прикрытие.

Буркин утверждает, что кол-центры делились на несколько направлений. Одни специализировались на банковском мошенничестве и выманивании денег у доверчивых людей, другие — на фиктивных инвестициях в Forex, финансовых пирамидах, гадалках и продаже биодобавок. Еще одним направлением было так называемое возвращение инвестиций, когда мошенники повторно обманывали людей, уже потерявших деньги.

“Это кол-центры, которые обманывают людей по второму кругу. К примеру, вам поступил звонок, вас обманули, увели у вас деньги с карточки либо с Forex, и через время с вами связываются либо вы где-то на просторах YouTube натыкаетесь на рекламу о том, что, если вдруг вы пострадали от действий мошенников, мы вам поможем. Нет, вам не помогут уже никто и никогда. Это такие же мошенники”, — рассказал Буркин.

При этом он утверждает, что лично его структура занималась лишь относительно безобидными направлениями — продажей БАД и услугами гадалок. Буркин признал, что клиентов могли вводить в заблуждение, преувеличивая свойства продукции, однако настаивает, что такая деятельность не была противозаконной.

Он также в целом подтвердил опубликованные в рамках “Карфагена” данные о масштабах собственной сети. В расследовании фигурировали 52 офиса и более 2700 сотрудников.

Особенно подробно Буркин рассказал о системе взяток за прикрытие кол-центров. По его словам, каждый офис на 50 сотрудников должен был ежемесячно платить силовикам минимум 21 тысячу долларов.

“21 тысяча долларов. 7 тысяч долларов платилось в Службу безопасности Украины, 7 тысяч долларов платилось в Нацполицию, 7 тысяч долларов платилось в Генпрокуратуру”, — заявил Буркин.

Если в офисе работали 100 человек, сумма удваивалась до 42 тысяч долларов, а при 150 сотрудниках составляла уже 63 тысячи. Деньги переводились на криптокошельки, а правоохранителям передавались адреса офисов, куда нельзя было приходить с проверками.

По словам Буркина, массовое закрытие кол-центров началось после давления западных партнеров на украинскую власть. Он оценивает долю прекративших работу офисов в 80-90%, хотя часть продолжает действовать небольшими группами в квартирах и частных домах.

Буркин также заявил, что закрытие этого бизнеса нанесет ощутимый удар по украинской экономике. По одной из его оценок, кол-центры обеспечивали поступление в страну около 20 миллиардов долларов наличными ежегодно, которые затем тратились на недвижимость, автомобили, рестораны и другие товары и услуги (и это сектор, по словам “Мексиканца”, начал проседать после прикрытия многих кол-центров).

Буркин также подтвердил данные НАБУ, что посредником между организаторами кол-центров и силовиками выступал Андрей Осипов по прозвищу Криминал. Он собирал деньги к пятым числам каждого месяца и передавал их дальше.

При этом система, по версии Буркина, охватывала не только профильные подразделения полиции и СБУ, но и их высшее руководство.

“Была четко выстроена вертикаль. То есть повесить все это исключительно на киберотдел СБУ, Нацполиции и прокуратуру не получится. Почему не приходили другие департаменты? Потому что каждый руководитель этих ведомств был в доле”, — утверждает он.

По подсчетам Буркина, при 1500 кол-центрах общий объем ежемесячных взяток составлял около 31,5 миллиона долларов, или 350-370 миллионов долларов ежегодно.

Буркин утверждает, что в правоохранительной системе Украины можно купить практически любое решение — от возбуждения уголовного дела до его закрытия или назначения на должность.

Новости Украины

“Все покупается, все продается. Торговля должностями, открытие, закрытие уголовных дел — на кого угодно, на оппонентов, да на кого угодно. Все это покупается, все это продается”, — заявил он.

Буркин также рассказал о собственных отношениях с генералом СБУ Сергеем Дукой и Александром Ковальчуком, которых НАБУ обвиняет в крышевании преступного бизнеса. По его словам, первоначально он общался с ними напрямую, но позднее силовики стали опасаться, что он записывает их разговоры, и поставили посредником Осипова.

Буркин утверждает, что дарил Ковальчуку дорогие подарки, в том числе Mercedes V-класса на день рождения.

Кроме того, он заявил, что за 3,5 миллиона долларов силовики по его просьбе организовали лишение украинского гражданства одного из его бывших партнеров, помещение в специальное учреждение и подготовку к депортации.

“Они делали все, все то, что придет в голову”, — сказал Буркин, добавив, что считает подобные услуги обычной практикой в украинской правоохранительной системе.

“Таких, как я и Осипов, их тысячи. Мы не причина, мы следствие. А причина как раз-таки заключается в этой ужаснейшей продажной, коррумпированной правоохранительной системе”, — заявил Буркин.

Большой блок интервью касался сети магазинов U-420, которую правоохранители связывают с распространением наркотических веществ.

Буркин признал, что лично придумал этот бизнес и руководил его развитием. На пике сеть насчитывала около 110 магазинов, главным образом в Киеве, Одессе, Львове и Харькове.

Он рассказал, что продукция представляла собой растительные смеси, обработанные синтетическими каннабиноидами.

По словам Буркина, к весне 2026 года сеть вышла на ежедневный оборот около 4 миллионов гривен. При этом на платежи за “крышу” уходило от 400 до 700 тысяч долларов в месяц.

Позднее, как утверждает Буркин, выяснилось, что часть посредников лишь имитировала передачу денег определенным правоохранительным подразделениям.

Также он признал, что его люди готовили документы для Верховной Рады с обоснованием легализации марихуаны. Расчет заключался в том, чтобы к моменту изменения законодательства расширить сеть до 200-300 магазинов и стать крупнейшим игроком на украинском рынке.

Буркин прокомментировал и другие эпизоды расследования “Карфаген”, включая избиения, пытки и угрозы журналистам.

Он подтвердил, что на опубликованных записях действительно его голос, в том числе в разговоре об обсуждении возможной расправы над Денисом Бигусом. Однако Буркин утверждает, что эти разговоры были блефом, с помощью которого он пытался запугивать своих партнеров и силовиков, требовавших дополнительных денег. По его словам, никаких реальных действий против Бигуса не предпринималось.

При этом Буркин признал, что люди из его окружения действительно совершали жестокие преступления, в частности отрезали пальцы другим людям, но утверждает, что не отдавал соответствующих приказов.

Свою причастность к эпизодам с жестокими избиениями, изготовлением фальшивых купюр и другими преступлениями из материалов “Карфагена” он отрицает, утверждая, что сотрудничество с отдельными фигурантами не означает участия во всех их делах.

В завершение интервью Буркин заявил о готовности сотрудничать с НАБУ, Специализированной антикоррупционной прокуратурой и американскими правоохранительными органами, передать информацию о криптовалютных переводах, взятках и других коррупционных схемах.

Он также утверждает, что располагает ноутбуком с материалами, которые могут скомпрометировать многих украинских чиновников и силовиков.

“Поймав меня, люди у меня дома обнаружат ноутбук. И в данном случае, мне кажется, многие выйдут сами же на себя. Поэтому я бы советовал хорошо задуматься. Лучше со мной сотрудничать и сделать так, чтобы я пошел на сделку”, — сказал Буркин.