“Это просто подрывает все”

На третью неделю войны, которую США и Израиль ведут против Ирана, Дональд Трамп оказался перед необходимостью принять решения, которые могут стать определяющими для всего остающегося срока его президентства.

Но если американский главнокомандующий и испытывает трудности из-за того, что начатая им по собственному выбору война грозит выйти из-под контроля, то он никак не проявляет это на публике.

В понедельник он более часа выступал в Белом доме и говорил о своем видении хода войны — а также о реконструкции Центра Кеннеди, планах строительства бального зала в Белом доме, предстоящем в этом году чемпионате мира по футболу, состоянии здоровья одного из конгрессменов-республиканцев и множестве других не связанных между собой вопросов.

Это классический Трамп: импровизирующий и разноплановый. В прошедшие выходные он играл в гольф на своем курорте во Флориде. А в постах в собственной соцсети Truth Social почти столько же внимания, сколько войне с Ираном, он уделял ругани по адресу Верховного суда.

Предыдущие президенты США на собственном опыте усвоили урок: хотят они этого или нет — война может целиком разрушить их президентство. И хотя Трамп ранее говорил об этой войне как о уже выигранной и почти завершенной, сейчас все больше свидетельств того, что она может затянуться на недели и даже дольше.

В понедельник днем Трамп объявил, что США попросили отложить на месяц запланированный на начало апреля визит президента в Китай — по причине войны.

“Главная обязанность президента сейчас как главнокомандующего — обеспечить дальнейший успех операции “Эпическая ярость””, — заявила пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Левитт, комментируя это решение (“Эпическая ярость” — так американские военные назвали операцию против Ирана).

На выходных президент написал в социальных сетях, что формирует коалицию сил для защиты судоходства в Ормузском проливе, которому угрожают иранские атаки.

“Надеюсь, Китай, Франция, Япония, Южная Корея, Великобритания и другие страны, затронутые этими искусственными ограничениями, отправят свои корабли, — написал он. — Так или иначе, мы скоро сделаем Ормузский пролив ОТКРЫТЫМ, БЕЗОПАСНЫМ и СВОБОДНЫМ!”

Но все больше стран — включая Японию, Австралию и многие европейские государства — заявляют, что не заинтересованы в участии.

“Нас не втянут в более широкую войну”, — заявил в понедельник премьер-министр Великобритании Кир Стармер, добавив, что открыт для обсуждения “жизнеспособного коллективного плана” по урегулированию ситуации в проливе.

Это ставит Трампа перед неприятной необходимостью решить: надо ли более широко задействовать ВМС США для обеспечения безопасности узкого морского пути, через который проходит около 20% мировых поставок нефти?

В понедельник он рассказал, что США уничтожают иранские катера, ставящие мины, которые представляют главную опасность для судоходства в проливе, — но для осуществления такой угрозы, по словам Трампа, “хватит и одного [катера]” .

“Это немного несправедливо, — сказал он. — Ты выигрываешь войну, а они все равно делают то, на что не имеют права”.

Есть признаки того, что США предпринимают определенные шаги, чтобы сохранить для собя пространство для маневра. В прошлую пятницу американские СМИ сообщили, что президент распорядился перебросить с базы в Японии на Ближний Восток подразделение морского десанта, которое включает в себя около 5000 военнослужащих.

Если Трамп решит действовать, опасность для американских военных возрастет, так они окажутся совсем близко к Ирану.

Если же он не станет ничего предпринимать, а вместо этого объявит, что США достигли своей цели, существенно ослабив военный потенциал Ирана, и завершит американскую военную кампанию, то Иран может продолжить угрожать судоходству в проливе, а цены на нефть — упрямо оставаться высокими.

В случае второго сценария США могут потратить десятки миллиардов долларов, так и не добившись решающего изменения баланса сил на Ближнем Востоке.

По словам Клиффорда Янга, руководителя направления общественно-политических исследований и стратегической аналитики в международной маркетингово-исследовательской компании Ipsos, продолжительный рост цен на энергоносители станет вполне реальной политической угрозой для президента США, позиции которого и так шатки в глазах американского общества.

На данный момент, отметил Янг, опросы показывают, что ядро сторонников Трампа продолжает его поддерживать, хотя у них и есть сомнения по поводу операции против Ирана и других ключевых вопросов, таких как иммиграция и тарифы. Ослабление поддержки происходит на периферии — среди умеренных республиканцев и независимых избирателей.

Сейчас, хотя популярность президента — с рейтингом одобрения на уровне чуть выше 40% — должна волновать республиканцев, пока нет явных признаков того, что война с Ираном серьезно тянет его вниз.

Однако все может измениться, если война повлияет на сферы, которые, судя по опросам, волнуют американцев больше всего — стоимость жизни и доступность товаров и услуг.

Цены, особенно на жилье, продукты и потребительские товары, остаются высокими, даже несмотря на то, что общий уровень инфляции снизился в течение первого года президентства Трампа.

Война с Ираном как минимум отвлекает Трампа и его администрацию от усилий по убеждению американцев в том, что президент занимается их экономическими проблемами. А если цены на бензин — до недавнего времени повод для гордости Трампа — останутся высокими, это может иметь серьезные последствия для его политического рейтинга.

Согласно данным Американской автомобильной ассоциации, средняя цена галлона бензина (галлон — это около 3,7 литра) в США сейчас составляет 3,72 доллара. Если сравнивать с 2,94 доллара месяц назад — это резкий рост.

“Это просто подрывает все, — говорит Янг. — Республиканская повестка по поводу доступности цен рушится”.

Для президента есть и другой риск, связанный с решением расширить операции США на Ближнем Востоке. В регион отправляются тысячи морских пехотинцев, и это значит, что Трамп может задействовать американские сухопутные силы для обеспечения безопасности Ормузского пролива, контроля над иранскими нефтяными экспортными терминалами или для того, чтобы выявить и уничтожить оставшиеся элементы ядерной программы Тегерана.

Однако любое использование американских войск чревато тем, что недовольство президентом усилится. Большинство американцев настороженно относится к очередному затяжному военному конфликту США — среди них и многие из тех, кто поверил предвыборным обещаниям Трампа избегать войн на территории других государств.

“Есть усталость от бесконечных войн, — считает Янг. — Если мы осуществляем вмешательство наземными силами, это уже совсем другая степень риска для администрации. Это меняет все”.

Если же участие США ограничится воздушными ударами, у Трампа останется время восстановить свои политические позиции. Американцы хоть и склонны тут же обвинять президента в росте цен на бензин, но если цены потом снижаются, недовольство обычно не длится долго.

До ноябрьских промежуточных выборов в Конгресс остается более семи месяцев, и у президента есть время найти решение, позволяющее избежать внутреннего экономического кризиса.

“Нам никто не нужен, — заявил Трамп в понедельник. — Мы — самая сильная нация в мире”.

Однако проблема для Трампа вот в чем: что бы он ни выбрал (вне зависимости от того, будет ли кто-то ему помогать), любой вариант действий будет рискованным, а шансов на быстрое и простое разрешение ситуации с каждым днем все меньше.