Rambler's Top100
ДАЙДЖЕСТ

Легализация бизнеса — активизация инвестора

[14:54 28 сентября 2010 года ] [ День, № 174, 28 сентября 2010 ]

Сергей Тигипко: Изменить страну — значит провести прорывные реформы, в первую очередь — в предпринимательской среде.

На следующей пленарной неделе (5 — 8 октября) украинский парламент начнет работать над новым Налоговым кодексом. И премьер-министр Украины Николай Азаров надеется, что этот важнейший документ будет принят до конца октября, а бюджет, подготовленный на его основе, — к концу ноября. По мнению премьера, Налоговый кодекс является компромиссом между потребностями государства и желаниями бизнеса. Тем не менее, Азарова беспокоит, что в процессе принятия кодекса в Верховной Раде, где сильны позиции бизнеса, этот баланс может быть нарушен. И действительно, теперь уже экс-глава парламентского комитета по налоговой и таможенной политике Сергей Терехин (накануне обсуждения его сменил на этом посту регионал Виталий Хомутинник) требовал максимально соблюсти процедуру, “чтобы перед тем, как вносить этот опус на рассмотрение Верховной Рады, его переосмыслили”. Но до концептуальных изменений при обсуждении дело вряд ли дойдет. Скорее всего, авторы кодекса будут готовы поступиться лишь в тех или иных деталях, хотя именно в них, как известно, нередко спрятаны главные подвохи. Например, в Ассоциации украинских банков считают, что “потери государства от внедрения налогообложения доходов от вкладов физических лиц могут значительно превысить реальные поступления в бюджет”. По мнению банкиров, эта мера может повлечь существенный отток средств вкладчиков. Причем в АУБ уверены, что при годовой депозитной ставке 18% налогообложению будут подлежать доходы с депозитов в размере 122 тысяч гривен, которые, по оценке ассоциации, не являются признаком роскоши.

Но правительство пока что не демонстрирует, что готово стать в процессе обсуждения более сговорчивым. Как заявил Азаров, “мы, нынешнее правительство, берем на себя ...всю ответственность и все риски от реализации данного Налогового кодекса”. Более того, премьер готов применить силовую тактику даже к членам коалиции.

Об этом может свидетельствовать его прямая угроза в адрес председатель Верховной Рады Вламимира Литвина: “Если он будет голосовать “против”, он должен выйти из коалиции...”, поскольку также несет ответственность...

Так что у Налогового кодекса много отцов, и относятся они к нему по-разному. С одним из них — вице-премьер-министром по экономике Сергеем ТИГИПКО “День” беседовал в день подачи этого документа в Верховную Раду.

— Что вы испытываете сегодня: удовлетворение от проделанной, в том числе и вами, работы — или горечь, связанную с тем, что в документе, как и прежде, множество отвергаемых бизнесом новелл?

— Очень хорошо, что в результате упорной работы над проектом Налогового кодекса нам все-таки удалось получить совершенно другой, обновленный документ. И это, безусловно, позитив. Но в то же время прекрасно понимаю, что есть еще ряд вопросов, которые требуют доработки и более глубокого обсуждения, так как вызывают дискуссии. Так что мы не расслабляемся и продолжаем работать. Есть еще вопросы по таким блокам, как сельское хозяйство, культура и искусство — эта тема до сих пор мало кого беспокоила, а я считаю, что она очень важна. Очень серьезной проблемой является упрощенный бухгалтерский учет в малых предприятиях, которые будут работать по общей системе налогообложения. Кроме того, есть определенные предложения инвесторов, и их пожелания мы также должны основательно проработать. А окончательные итоги работы над Налоговым кодексом будем подводить после того, как соответствующие решения будут приняты в Верховной Раде. И это будет наш промежуточный результат, потому что и после этого над Налоговым кодексом нужно будет работать, усовершенствовать его и дополнять.

— Кроме целой армии специалистов и экспертов, над кодексом работали еще и такие ключевые фигуры, как премьер-министр, вы — вице-премьер по экономике, еще один вице-премьер — Борис Колесников, министр финансов Федор Ярошенко, главный налоговик страны Александр Папаика. Николай Азаров недавно сказал, что правительство берет на себя ответственность за Налоговый кодекс. Несколько в ином ключе эту фразу повторил глава парламента Владимир Литвин. Согласитесь, что ответственность может оказаться сильно размытой. У каждого из названных руководителей была в ней своя конкретная доля. Вы, как я понимаю, отвечали за положения, регулирующие деятельность малого бизнеса. Колесников — за крупный бизнес, министр финансов и Папаика — за сферу администрирования налогов. Но эксперты, в том числе и ваш заместитель по партии “Сильная Украина” Александра Кужель, утверждают, что для крупного бизнеса кодекс выписан очень хорошо, а мелкий этим документом будет просто уничтожен. (Она не критикует вас, но на кого-то намекает). Одновременно много критики со стороны бизнеса адресуется слишком жесткому и произвольному администрированию. Можно ли в этих условиях говорить о моральной и политической ответственности конкретных лиц?

— Разбивки на какие-то блоки не было, и ответственные за них не назначались. Работу над первым вариантом кодекса возглавляло Министерство финансов, которое, естественно, действовало в одной упряжке с налоговой администрацией. А после этого к делу подключилась рабочая группа, которую возглавлял я и в которой работали представители украинского бизнеса и иностранных инвесторов. Позже, где-то месяц-полтора назад, эту группу возглавил Борис Колесников, и мы вместе координировали ее работу. И на этом завершающем этапе, когда сама кодификация была уже практически закончена, принимались политические решения. Прежде всего, это относилось к ключевым моментам администрирования налогов и к ставкам. Это были очень важные политические документы, и, конечно, представители коалиции должны были в них очень предметно разбираться. И я не могу согласиться с утверждением, что Налоговый кодекс писался под крупный бизнес. Я считаю, что такое разделение совершенно неверно и вредно, потому что один без другого просто жить не может. А если не создать приемлемые условия — что для крупного бизнеса, что для мелкого, то в выигрыше не окажется никто. И условия, созданные нами для мелкого бизнеса, — пятилетняя нулевая ставка налога на прибыль и упрощенный бухгалтерский учет (а это по сути и есть те налоговые каникулы, о которых говорил Президент Виктор Янукович) будут более выгодными для предпринимателей — юридических лиц, чем те, что действовали раньше. А что касается упрощенной системы для предпринимателей — физических лиц, то для них мы уменьшили объем реализации до 300 тыс. грн., но не ввели обязательное использование кассовых аппаратов. Мы полностью легализуем этот бизнес, на который раньше всегда смотрели — что совершенно неверно — как на какой-то отмывочный бизнес, который не предоставляет человеку нормального статуса, а делает из предпринимателя, действующего по этой системе налогообложения, что-то второсортное, работающее исключительно в серых или даже черных схемах. Этого, на мой взгляд, быть не должно.

— Юридические лица-предприниматели теперь будут платить в Пенсионный фонд?

— Да, обязательно.

— И в полной мере?

— Столько же, как и те люди, которые получают официальную минимальную заработную плату.

— И соответственно, будут получать такую же, как они, пенсию?

— Иначе и быть не может. Они имеют право претендовать только на ту пенсию из солидарной системы, которую заработали и оплатили. Это предусматривалось еще в момент создания такой упрощенной системы, и тогда их пенсия была даже больше средней на то время. Сейчас мы не можем увеличивать нагрузку на солидарную систему — взносы в Пенсионный фонд обязаны делать все, а особенно люди, занимающиеся бизнесом.

Так что, заканчивая ответ на ваш вопрос о морально-политической ответственности, скажу, что ответственности ни я, ни все, кто работал над кодексом, не боимся. Меня смущает другое: я слышу сегодня очень много критики, и у меня такое впечатление, что эти люди считают действовавшее и действующее налоговое законодательство одним из лучших в мире. А мы якобы теперь посмели коснуться святая святых. И все уже забыли, что на самом деле — это одно из худших в мире законодательств, за которое нам всем должно быть просто стыдно. Оно ведь только отпугивает всех инвесторов. Я уверен, что мы сломаем эту ситуацию и улучшим отношение инвесторов к Украине. А если будет конструктивная критика, дельные предложения — ведь впереди еще первое и второе чтения в парламенте, мы будем внимательно слушать и поправлять. Я понимаю, насколько это важно. От этого документа зависит жизнь всей страны. Так что процесс еще не завершен.

— В правительстве вы, как говорится, свой среди чужих. Легко ли вам работать и отстаивать те позиции, которые считаете для себя принципиальными?

— Конечно, в правительстве гораздо легче работать, если за тобой большинство в парламенте или хотя бы фракция, когда можно влиять на кадровые решения. Тем не менее, я вижу, что реформы воспринимаются, что можно проводить некоторые изменения. Но все знают: внедрять что-то новое в любой ситуации всегда тяжело, потому что оно ломает уже привычные нормы, на которых кто-то уже хорошо зарабатывает. Так что модернизировать экономику трудно. И не приходится рассчитывать на аплодисменты. Они будут тогда, когда мы получим результаты. И я верю: через какое-то время люди поймут, что все было сделано хорошо и правильно. Так что жаловаться мне не на что. Я понимаю одно — надо работать.

— Немногим больше месяца остается до местных выборов, которые станут для власти самым достоверным опросом населения и указателем для корректирования курса. В свою очередь, голосуя, люди будут руководствоваться главным образом состоянием экономики и уровнем жизни в стране. Как бы вы оценили нынешнюю ситуацию, и какой можете дать прогноз? Как скоро люди почувствуют перемены к лучшему, и дождутся ли их вообще старшие поколения?

— Чтобы увидеть реальное улучшение ситуации, нам нужны прорывные реформы, кардинальнейшие перемены, прежде всего, в бизнес-среде. Речь идет о современном прогрессивном налоговом и таможенном законодательстве, об условиях получения земли и правах строительства на ней, о частной форме собственности на земли сельскохозяйственного назначения, о таких инструментах для подъема этой отрасли, как реальные складские свидетельства, страхование рисков и так далее. Если мы решимся на их применение, если мы это сделаем, то вправе рассчитывать на то, что жизнь в стране начнет достаточно быстро меняться в лучшую сторону и люди это почувствуют на себе. Мы ведь видим, что те страны, которые пошли по этому пути, всего за десять лет получили совершенно иной уровень жизни. Пример — Польша. Помните, как мы ездили в Польшу и торговали там всем, что у нас было? А у поляков не было своего производства, и они покупали у нас все. А что теперь? Смотрите, Польша практически не почувствовала кризиса, у нее средняя зарплата и пенсии во много раз больше, чем в Украине. Отсюда вывод: те, кто не боится вызовов, кто готов проводить разумные перемены, живут лучше. Если и мы быстро, в течение этого и следующего года, осуществим серьезные изменения, то уже через два-три года получим результат: увидим, какой большой интерес проявят к нашей стране инвесторы, которые будут инвестировать деньги в новые технологии, создавать достойные рабочие места, и средняя зарплата пойдет вверх, и уровень социального обеспечения. Мы моментально заметим это.

— Перед выборами руководство правительства вдруг стало отрицать, что в стране в связи с ростом цены на газ внутренней добычи повышаются и тарифы ЖКХ. Эту необходимую, но непопулярную меру просто отложили до ноября или до Нового года?

— Я считаю, что таких вещей тоже не надо бояться — о них надо говорить с людьми. Нужно объяснять, что мы не можем и дальше одинаково поддерживать ресурсом страны и пенсионера, и миллионера. Государство до сих пор постоянно дотировало газ. Сегодня мы переходим на социально справедливую систему: пенсионер не будет платить более 10% своего дохода за услуги ЖКХ, а работающий — более 15%. Это нормально. Да, теперь больше будет платить тот, у кого выше зарплата, кто больше зарабатывает. Но это справедливо, когда более обеспеченные люди поддерживают тех, кто беднее. Что касается тарифов ЖКХ, то самое главное, чтобы, решая этот вопрос, мы не забыли о тех группах населения, которые не должны пострадать. И то, что сделало сегодня в социальном плане правительство, впечатляет. Даже профсоюзы признали и заявили, что не ожидали настолько упрощенного подхода к получению субсидий: на одной страничке вы заполняете данные о себе и тут же получаете решение относительно субсидии. По темпам их оформления мы видим, что как минимум на 30% семей больше воспользуются помощью государства. Вокруг этого будет много разговоров, политизации, но, скажу откровенно, я этого не боюсь. Если бы мы видели какие-либо иные варианты, более социально приемлемые, — разумеется, мы пошли бы на них. Но в любом случае не будем продлевать жизнь системе, при которой государство поддерживает миллионера, способного платить и за газ, и за коммунальные услуги реальную цену.

— Недавно представитель МВФ в Украине Макс Альер сказал: “Мы спасли дом. Теперь его нужно отстроить и сделать безопасным”. Звучит красиво, и именно вас считают главным переговорщиком с Международным валютным фондом, а следовательно, не только человеком, обеспечившим стране 15 миллиардов долларов, но и согласившимся на повышение газовых цен для населения, жилищно-коммунальных тарифов и пенсионного возраста для женщин. Плюс многочисленные негативы, приписываемые проекту Налогового кодекса... Оппоненты навешают на вас, как говорится, всех собак. Верите ли вы в связи с этим в успех своей партии на выборах?

— Слухи о моем едва ли не безграничном влиянии, как говорят, слишком преувеличены. Может ли один человек в правительстве обладать такими возможностями и управлять всем, что происходит в стране? Мне сегодня посвящают листовки подобного содержания — вы можете их увидеть даже у меня на столе, — обвиняя во всех грехах. Отвечающим за все кому-то выгодно назначить Тигипко. Но если стране действительно необходимо иметь человека, на которого все это будут вешать, то меня это не страшит и не беспокоит. Я убежден: без Международного валютного фонда стабильности в стране не будет. Реформ я не боюсь. Именно те, кто нас ими пугал, довели страну до сегодняшнего состояния. И ничего хорошего они для нее не сделали, как и для учителей, врачей, пенсионеров. Это консервативные силы, популистские силы, место которым — на периферии общественного развития, как теперь говорят, в маргинесе. Но сегодня они пока очень мешают развитию и модернизации страны.

Что касается судьбы “Сильной Украины”, то я хорошо знаю, кто голосовал за меня: самый молодой и самый образованный электорат. Эти люди в состоянии разобраться в том, что действительно необходимо стране. И я в них верю. Для меня поддержка людей очень важна. Но считаю, что надо быть честным перед людьми и перед теми принципами, которыми я всегда руководствуюсь. Пусть звучит любая критика, сколько угодно, но я верю, что мы получим лучший Налоговый кодекс. Сейчас я занялся еще и Таможенным кодексом и уверен, что мы получим улучшенное законодательство для внешнеторговой деятельности. На днях у меня рассматривался новый вариант положения о порядке предоставления земли для строительства и строительной деятельности. Предлагалось предусмотреть для выдачи разрешений 71 день, но я сказал нет — будет 60 дней для инвестора, который придет с деньгами и начнет строительство. И мы забудем тот кошмар, когда для этого требовалось и требуется 470 дней и сотни подписей. Но критики будет море по каждому из этих документов. Только мне не до критики. Я знаю, что страну нужно менять, и буду предлагать новые решения.

— У нас разговор о будущих выборах, а вы сами уже сделали политический выбор? То есть будете ли и дальше, в том числе на выборах, нести ответственность за работу в правительстве и координировать действия с Партией регионов, или переместитесь в политическом спектре поближе к оппозиции — к слову, информированный регионал Михаил Чечетов уже включил вас в число оппозиционеров. Неужели вы способны бросить правительство в трудную для него минуту?

— Выбор у нас один — изменить страну. Я не считаю, что это для правительства особо трудное время. Сейчас как раз удалось консолидировать финансы. И то, что мы получили в наследство — огромные долги (три-четыре месяца по пять миллиардов долларов приходилось платить по обязательствам прошлого правительства), разбалансированный бюджет (дефицит составлял порядка 15%), — более-менее стабилизировалось. Но есть, конечно, и проблемы. Нужно резко изменить принципы работы налоговой администрации и таможенных органов, которые просто не справляются со своими функциональными обязанностями и не могут выйти на нормальный режим взаимоотношений с бизнесом. Если бы это нам удалось, то ситуация резко улучшилась бы. Но как бы там ни было, уходить из правительства я не собираюсь. Потому что удается принимать важные для страны решения. А если реформы начнут заговаривать и они забуксуют, тогда можно уходить в оппозицию. Но я уверен: изменить ситуацию и поднять имидж власти можно только реформами, атакуя все то, что беспокоит производителя, мешает ему.

— Одна из главных проблем правительства и экономики Украины — цена на российский газ. Правительство добивается ее снижения, а ему в обмен предлагают отдать ГТС и тогда обещают отказаться от строительства “Южного потока”. Я понимаю, что это не ваша сфера ответственности в правительстве, но все же хотелось бы услышать ваше мнение как политика и экономиста: приведут ли к добру эти посулы?

— Думаю, что если когда-нибудь примут определенное решение по этому вопросу, то я тоже, наверное, буду за это отвечать (смеется). И это меня не пугает. Но позиция, я считаю, должна быть однозначной: мы должны сохранить свою газотранспортную систему. Если запустят “Северный” и особенно “Южный поток”, теоретически мы можем потерять большую часть газа, до половины того, что транспортируем сегодня. Это сразу ухудшит всю нашу экономику, и по газотранспортной системе будут совсем другие показатели, несмотря на то, что наш путь доставки газа в Европу самый дешевый и экономически выгодный. Выход, на мой взгляд, только один: нам нужно акционировать эту компанию, надо привлечь инвесторов из Европы и из России, которые инвестировали бы в ГТС живые деньги. За счет этого можно было бы уменьшить долги компании и модернизировать ее, чтобы она больше зарабатывала и государство тратило меньше денег на ее содержание. Таким образом, мы сможем уменьшить и нагрузку на налогоплательщиков. Но при этом контроль за ГТС должен принадлежать Украине.

— Как идут переговоры о зоне свободной торговли с Евросоюзом? Представители некоторых наших отраслей, в частности, переработчики подсолнечника, переживают, что при этом могут пострадать национальные интересы...

— Переговоры по соглашению об ассоциации с Евросоюзом идут конструктивно. За последнее время мы предложили и приняли целый ряд решений, которые ожидались от Украины годами. Это и закон о Нацбанке, которым мы добавили ему самостоятельности, законы о госзакупках, рынке газа, едином регуляторе коммунальных тарифов, защите информации и другие. И, конечно, европейцы гораздо лучше реагируют на конкретные дела, чем на разговоры о них, которые звучали достаточно долго. А что касается зоны свободной торговли, являющейся частью соглашения об ассоциации, то ситуация здесь несколько сложнее. Там речь идет о конкретной экономике, и мы должны принять взвешенные решения, которые не просто открыли бы наш рынок, сделав его незащищенным, а создать условия, позволяющие нашим предприятиям свободно конкурировать на открытом и для них европейском рынке. В первую очередь, в этом нуждаются наши сельскохозяйственные предприятия. Переговоры эти сложные, но в их отношении есть позиция Президента, который четко сказал, что просто так, в одностороннем порядке, открывать рынок мы не будем. Безусловно, соглашение об ассоциации нам необходимо, и оно должно быть взвешенным. И ничего не надо бояться. Я помню, какие разговоры были при вступлении в ВТО. Тогда все у нас опасались за сельское хозяйство. Сегодня оно в кризисе, но все же было интересно для инвесторов, и они приходили, потому что получали, таким образом, определенную свободу в связи с нашим членством в ВТО. Такой же или еще больший эффект даст и соглашение об ассоциации. В подтверждение могу сослаться на опыт Турции, где тоже осторожничали, но после вступления в ассоциацию торговля с Европой удесятерилась. Это выгодно. А самое главное, что открываются новые возможности для прихода к нам инвесторов. Как европейских, так и российских, которым будет интересно с нами работать, когда мы станем членами ассоциации с ЕС, потому что тогда мы будем как бы плацдармом для реальных производителей.

— Эксперты говорят, что осенью, скорее всего, после выборов в правительстве возможны ротации. Устоит ли, по вашему мнению, при любом экономическом раскладе премьер Азаров? Кто мог бы его с наибольшим эффектом заменить на этом посту?

— Практика, когда премьеров меняют каждые полгода, себя не оправдывает. Это неправильный подход. Руководитель должен иметь нормальный шанс, чтобы реализовать свои замыслы. За полгода или даже год что-либо сделать просто невозможно. Кроме того, я бы не стал делать крайним за все премьер-министра. Лично я совершенно спокойно могу разделять с ним ответственность, потому что Кабмин просто обязан работать как одна команда. И все же каких-то серьезных результатов от правительства можно ждать и спрашивать хотя бы после года работы. Какие-то сигналы можно подавать гораздо быстрее, а получить результат можно не менее чем за год. Да и то не всегда... Я думаю, что Николай Янович и дальше будет работать, хотя в команде, допускаю, возможны какие-то изменения. Они, думаю, будут только к лучшему. Хочу подчеркнуть, что существующее сегодня доверие между коалицией, премьером и Президентом страны — это для нас большое преимущество.

— В стране без особого шума проводится аудит деятельности предыдущего правительства. На что он нацелен: исключительно на то, чтобы продемонстрировать его (бывшего правительства) недееспособность, или также и на то, чтобы вернуть бюджету часть незаконно потраченных средств?

— Некоторое время на критике предыдущего правительства, конечно, можно выезжать. Но, как правило, такая возможность быстро заканчивается, и ответственность переходит на плечи тех, кто непосредственно находится во власти. Думаю, что сейчас преследуется вторая из названных вами целей. То, что было украдено, нужно, если это возможно, вернуть народу и государству. А самое главное — запечатать все дыры и схемы, чтобы не было “утечек” уже при нынешней власти. Ну, а с теми, кто конкретно воровал, конечно, действовать по Жеглову: вор должен сидеть в тюрьме.

— Несколько неприятных вопросов к публичному человеку (собеседник смеется: “А до этого были приятные?”). Накануне выборов ваша семья фигурировала в скандале вокруг не совсем чистого приобретения дорогого автомобиля? Что показало ваше собственное расследование?

— Ничего не показало. Автомобиль был куплен по совершенно нормальной схеме, без каких-либо нарушений. И заместитель главы налоговой службы уже публично комментировал эту ситуацию.

— Недавно вы говорили, что готовы продать свой бизнес. Но сегодня все наши покупатели — это в основном россияне. Они уже имеют большую долю в банковском деле. Наверное, не прочь занять доминирующие позиции и на страховом рынке. Это вас не смущает? Согласны ли вы с тем, что в Украине должен быть установлен порог для проникновения иностранного капитала или, наоборот, в условиях дефицита инвестиций и конкуренции за них во всем мире нам следует руководствоваться принципом “чем больше, тем лучше”?

— Не надо никого бояться из инвесторов. У нас еще нет каких-то критичных инвестиционных долей ни в одном из секторов. Разве, может быть, немножко пугает активность инвесторов в телекоммуникационном бизнесе... Но самое главное, что страхует нас от любой чрезмерной экспансии и засилия иностранцев, — наличие на конкретном рынке сильных регуляторов. Нам также нужно иметь сильные антимонопольные органы. И когда эти службы станут честно выполнять свою работу, то будет совершенно неважно, на сколько и кто кого проинвестирует. А в страховом рынке, который вы затронули, по моему мнению, нужно помочь нашему регулятору, который, возможно, соизмерим по объему и значимости с регулятором банковского рынка. Но тут он намного слабее, чем банковский. Куда меньше людей имеет, хуже финансируется, чем Нацбанк Украины. Да и соответствующее законодательство гораздо слабее. Внимания со стороны государства тоже меньше.

А мои бизнесы, как я уже говорил, готовы к продаже. Как только появятся реальные покупатели, я совершенно спокойно их отдам.

Виталий КНЯЖАНСКИЙ

Добавить в FacebookДобавить в TwitterДобавить в LivejournalДобавить в Linkedin

Что скажете, Аноним?

Если Вы зарегистрированный пользователь и хотите участвовать в дискуссии — введите
свой логин (email) , пароль  и нажмите .

Если Вы еще не зарегистрировались, зайдите на страницу регистрации.

Код состоит из цифр и латинских букв, изображенных на картинке. Для перезагрузки кода кликните на картинке.

ДАЙДЖЕСТ
НОВОСТИ
АНАЛИТИКА
ПАРТНЁРЫ
pекламные ссылки

miavia estudia

(c) Укррудпром — новости металлургии: цветная металлургия, черная металлургия, металлургия Украины

При цитировании и использовании материалов ссылка на www.ukrrudprom.ua обязательна. Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентства "Iнтерфакс-Україна", "Українськi Новини" в каком-либо виде строго запрещены

Сделано в miavia estudia.